Создать PDF Рекомендовать Распечатать

Анализ различных форм партнерства в сфере АПК: проблемы и перспективы

Экономический анализ | (90) УЭкС, 8/2016 Прочитано: 6212 раз
(0 Голосов:)
  • Автор (авторы):
    Гладкова Елена Петровна
  • Дата публикации:
    11.08.16
  • ВУЗ ИЛИ ОРГАНИЗАЦИЯ:
    ФГБОУ ВО Кемеровский ГСХИ

Анализ различных форм партнерства в сфере АПК: проблемы и перспективы

Analyze of different forms of partnership in sphere of Agro-Industrial Complex: the problems and perspectives

Гладкова Елена Петровна

Gladkova Elena Petrovna

старший преподаватель

ФГБОУ ВО Кемеровский ГСХИ

knowledge@nxt.ru

 

Аннотация: В статье анализируются формы партнерства в АПК, с целью выявления наиболее оптимальных форм, позволяющих модернизировать эту сферу российской экономики. Воспроизводство основных фондов является фундаментальной проблемой АПК, без решения которой невозможен инновационный процесс в аграрной сфере экономики. Наиболее оптимальной признана форма ГЧП на основе агрокластеров, которая открывает возможность использования ГЧП в качестве инструмента воспроизводства основных фондов, предполагающим заключение контрактов жизненного цикла.

 

Annotation: The forms of partnership are analyzed in this article for the goal of determining the most optimal forms which allow to modernize this sphere of Russian economics. Reproduction of basic funds is fundamental problem of Agro-Industrial Complex without solving of which the innovational process in agrarian sphere of economics is impossible. The forms of State-private partnership is admitted as the most optimal form of partnership. It opens possibility of using State-private partnership as instrument of reproduction the basic funds which suppose making contracts of life circle.

Ключевые слова: АПК, формы партнерства, ГЧП (государственно-частное партнерство), ассоциации (союзы), кластеры, кооперация.

 

Keywords: Agro-Industrial Complex (AIC); the forms of partnership; SPP (State-private partnership); Association; clusters; cooperation.

 

Сельское хозяйство является одной из важнейших отраслей экономики любого государства. Развитие агропромышленного комплекса сильно влияет на уровень народного благосостояния, поскольку его продукция составляет более 60% товаров торговли. Введение странами ЕС экономических санкций против нашей страны создало угрозу продовольственной безопасности нашей страны, что повлекло за собой адекватные меры – контрсанкции со стороны правительства России в целях обеспечения безопасности страны (Указ Президента РФ «О применении отдельных специальных экономических мер в целях обеспечения безопасности Российской Федерации» от 6 августа 2014 года и Постановление Правительства РФ «О мерах по реализации Указа Президента России «О применении отдельных специальных экономических мер в целях обеспечения безопасности Российской Федерации» от 7 августа 2014 года). В августе 2014 года было введено эмбарго на ввоз отдельных видов сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия, а именно мясных и молочных продуктов, рыбы, овощей, фруктов и орехов (под действие эмбарго попали страны Европейского Союза, США, Австралия, Канада и Норвегия).

Задачей данного исследования является выявление наиболее оптимальных форм партнерства в АПК, позволяющих модернизировать эту сферу экономики в России. Решение этой задачи является актуальной проблемой на современном этапе для обеспечения продовольственной безопасности нашей страны в условиях недружественных санкций против нашей страны, блокирующих взаимовыгодное сотрудничество с экономическими партнерами из других стран. Вместе с тем, по принципу «не было бы счастья, да несчастье помогло», создаются условия для модернизации ведущих отраслей аграрного сектора отечественной экономики. Для успешного решения данной задачи проанализируем формы партнерства, которые сложились в мировой практике и получили распространение у нас в России.

Наиболее простейшими и базовыми формами партнерства являются кооперирование крестьянских хозяйств с общественным сельскохозяйственным производством, объединения и союзы сельхозпроизводителей. Кооперирование крестьянских хозяйств с общественным сельскохозяйственным производством на современном этапе развития экономики является важнейшей чертой развития агропромышленного комплекса в развитых странах.

Данная форма деятельности уже 150 лет составляет неотъемлемую часть хозяйственной жизни большинства стран. В настоящее время по всему миру действует около 1 млн. кооперативных организаций более чем 120 видов и разновидностей, которые объединяют примерно 600 млн. человек.

На современном этапе развития мировой экономики в большинстве развитых капиталистических стран сельскохозяйственные кооперативы – это наиболее массовая экономическая организация фермеров, которое охватывает почти 100 % сельскохозяйственного населения (США, Канада, Швеция, Дания, Норвегия, Финляндия, Нидерланды и Япония). Во Франции и ФРГ кооперативы объединяют не менее восьмидесяти процентов всех сельских предприятий. В Дании, Финляндии, Нидерландах, Франции и Швеции кооперативный сектор обеспечивает 45-50 % объема продукции пищевой промышленности. В ряде стран кооперативы имеют высокий удельный вес в переработке мяса (Скандинавия), зерновых (Швеция, Нидерланды, Франция), овощей и фруктов (Дания, Нидерланды, Бельгия, Франция, Германия), оливкового масла (Франция, Испания), спирта (Франция, Швеция) [7, с.84].

Одни и те же виды потребительских кооперативов традиционно имеют различную значимость в агробизнесе, но в целом они действуют как равноправные рыночные субъекты и существенным образом влияют на развитие аграрного сектора.

Система сельскохозяйственной кооперации в России состоит из двух ветвей – производственной и потребительской. В свою очередь потребительские сельскохозяйственные кооперативы делятся в зависимости от своей специализации. В сельской местности функционируют все формы сельскохозяйственных и потребительских кооперативов, предусмотренные гражданским законодательством.

 

 

 

Рисунок 1 – Структура сельскохозяйственных кооперативов и потребительских обществ на селе в России по состоянию на 01 января 2016 года

По данным Министерства сельского хозяйства Российской Федерации из всех зарегистрированных сельскохозяйственных производственных кооперативов осуществляют деятельность 74 %; из потребительских кооперативов 43 % (в том числе, кредитные 68 %). Что свидетельствует о малой эффективности таких объединений в условиях нашей страны. Потребительские и производственные кооперативы, помимо функциональных, сегодня имеют и ярко выраженные территориальные отличия. Производственные кооперативы в основном создаются в сельской местности для организации производства, переработки и сбыта продукции. Соответственно и ресурсы первых расположены преимущественно в городской местности, а вторых – в сельской. Сельские ресурсы значимы для горожан, а городские – для селян, поэтому раздельное управление этими ресурсами менее эффективное, нежели совместное.

Наибольшее количество работающих сельскохозяйственных потребительских кооперативов наблюдается в Пензенской области – 761 и Республике Саха (Якутия) – 564. Тюменская, Астраханская, Волгоградская, Кемеровская, Самарская, Саратовская области и Краснодарский край специализируются на больших объемах кредитования, предоставляемых кредитными кооперативами малым формам хозяйствования, которые сопоставимы с банковскими.

Таким образом, на Западе сельскохозяйственные кооперативы – это наиболее массовая экономическая организация фермеров, которая охватывает почти 100 % сельскохозяйственного населения, чего нельзя сказать об аналогичных объединениях в России.

Важную роль в агропромышленном комплексе развитых стран играют также общественные ассоциации (союзы) производителей. Ассоциации такого рода объединяют производителей на демократической и хозрасчетной основе. Они действуют как самостоятельные юридические лица, которые наделены правами владения имущества, ведения счетов производителей, получения кредитов. Фонды ассоциации формируются за счет членских взносов производителей, оплаты за лицензии и квоты отчислений от стоимости произведенной, переработанной и реализованной продукции, во главе которых стоит совет директоров, избираемый из числа членов ассоциации производителей.

В Канаде функционируют две категории такого рода ассоциаций в зависимости от уровня: на федеральном – Канадское пшеничное управление, Канадская молочная комиссия и четыре канадских агентства по торговле яйцами, бройлерными цыплятами, мясом птицы и индюшатиной, на провинциальном – кооперативные торговые ассоциации в форме управлений, комиссий и агентств. Участие в ассоциациях субъектов агропромышленного рынка дает им гораздо больше экономических преимуществ по сравнению с «выгодой» свободного производителя, рассчитывающего на случайный успех.

Для защиты своих интересов и в целях повышения эффективности деятельности во Франции фермерские кооперативы объединяются в союзы по отраслевому, территориальному и территориально-отраслевому принципу. Организацией такого рода является Союз молочных кооперативов (Содима – Йопле). В его состав входят 10 крупных молочных кооперативов, которые на внутреннем рынке Франции реализует примерно 25% кисломолочной продукции от общего ее производства в стране, свыше 30% - свежего и консервированного молока, 20% - мороженого, 15% - мягких сыров.

Эта организационная форма взаимоотношений применяется и в Бельгии при производстве и переработке свинины до 55%, в Великобритании и Нидерландах - до 50%, во Франции - до 30%, а также при производстве и сбыте бройлеров - 89% в США, 90% - в ФРГ, 90% - во Франции, 80% - в Италии.

 Таким образом, общественные ассоциации (союзы) производителей в аграрном секторе стран ЕС успешно функционируют в различных отраслях сельскохозяйственного производства. Они способны также создать прецеденты объединенных усилий по защите своих интересов против политики государства в случае нарушения прав сельхозпроизводителей, свидетельством чему являются массовые акции протеста фермеров в странах ЕС, которые пострадали от введения санкций против России.

Проанализируем функционирование аналогичных союзов производителей в агарном секторе России. В результате проводимых в постперестроечный период аграрных реформ в стране создана многоукладная сельская экономика. Сельхозтоваропроизводители теперь самостоятельно формируют структуру и объемы производства, выбирают специализацию и каналы реализации произведенной продукции, выстраивают партнерские взаимоотношения с различными субъектами экономики. Учитывая преимущества кооперации и агропромышленной интеграции, хозяйствующие субъекты объединяются в различные отраслевые союзы и ассоциации. Сельхозтоваропроизводители наиболее охотно участвуют в такой форме интеграции, так как на первом этапе они выстраивают партнерские отношения в качестве самостоятельных юридических лиц, являясь полноправными партнерами того или иного отраслевого союза или ассоциации.

Объективной предпосылкой для создания таких объединений является то, что эти структуры заметно облегчают выход их членов на рынок снабжения и рынок сбыта. Необходимость создания интегрированных формирований подтверждается еще и тем, что экономический потенциал и другие его виды (информационный, маркетинговый, лизинговый) каждого из субъектов хозяйствования заметно умножаются объединением их в различного рода союзы и ассоциации. Данные организации, кроме приведенных вопросов, решают проблемы и социально-экономической защиты отечественных сельхозпроизводителей, координируют рыночные взаимоотношения [7, с. 3].

Считается, что самые консолидированные аграрии в России — это виноградари, оленеводы и пчеловоды. А вот в зерновом сегменте работает 8 союзов и ассоциаций, причем Российский зерновой союз «контролирует» 73,5 % товарного зерна, 87 % экспорта и лишь 26 % зернового производства.

Значительная доля отечественного рынка  закреплена за сельхозтоваропроизводителями и переработчиками, объединившимися в Ассоциацию российских производителей крахмалопаточной продукции «Роскрахмалпатока» (95 %), Российский союз производителей соков (92 %), Союз производителей пищевых ингредиентов (90 %), Российский союз пекарей (80 %), Российский птицеводческий союз «Росптицесоюз» (80 %), Ассоциацию «Теплицы России» (75 %), Масложировой союз России (72 %), Союз сахаропроизводителей России «Союзроссахар» (70 %), Ассоциацию «Пивоиндустрия» (70 %). Всего на территории России, по данным Минсельхоза, функционируют 93 отраслевых союзов и ассоциаций АПК, взаимодействующих с ним.

Таким образом, в России в сфере АПК, так же, как и в других зарубежных странах, успешно функционируют различные ассоциации сельхозтоваропроизводителей и переработчиков продукции АПК. Но данные виды партнерства не в состоянии полностью решить проблему модернизации сельского хозяйства в нашей стране по одной простой причине – аграрный сектор экономики в России находится в зоне рискованного земледелия, а потому все риски сельхозпроизводители делят между собой, что нередко приводит к разорению и сокращению числа фермерских хозяйств. По данным Росстата количество фермерских хозяйств почти на четверть снизилось с 285,1 тыс. на 1 июня 2006 года до 219,5 тыс. на 1 марта 2016 года [5]. Эти цифры свидетельствуют о том, что без должной поддержки государства на современном этапе развитие АПК в России невозможно.

Следовательно, для успешного развития аграрного сектора экономики государственная поддержка объективно необходима. В этом состоит российская специфика в развитии агропромышленного сектора экономики. Государство должно взять на себя и разделить риски сельхозпроизводителей, если хочет иметь высокие результаты и стабильность в развитии АПК, осуществляя его усиление в направлении модернизации сельскохозяйственного производства в стране и привлекая для этой цели дополнительные средства в виде инвестиций. В этом заинтересованы и производители АПК, и рядовые потребители отечественной сельхозпродукции, которые предпочли бы покупать экологически чистую продукцию отечественных, а не китайских производителей.

Таким образом, на первый план на современном этапе в развитии и модернизации агропромышленного сектора в отечественной экономике выходят различные формы сотрудничества бизнеса и государства в сфере АПК, которые являются важным инструментом обеспечения общественного согласия и экономического процветания. В литературе эти формы сотрудничества получили название «государственное и частное партнерство» (ГЧП). На наш взгляд, ГЧП в любых его формах является наиболее оптимальной формой развития и поддержки аграрного сектора экономики страны на современном этапе.

Но прежде следует проанализировать еще одну форму партнерства в сфере агробизнеса, которая возникла в последнее десятилетие на территории РФ. Сама жизнь, пока наши аграрии учились работать и выживать в условиях рыночной экономики в ожидании государственной поддержки, породила новые виды партнерства, получивших развитие и оформление в качестве агропромышленных кластеров.

Следует признать, что наша страна по вопросу формирования кластеров не является первопроходцем. Объединения в кластеры широко распространены в странах ЕС и США, послужив очередным этапом развития промышленного производства также в Китае и Аргентине и в других развивающихся странах, где  они явились основным способом достижения мирового уровня развития различных отраслей экономики и выхода на международные рынки.

 По данным Европейской кластерной обсерватории [9] в настоящее время в странах Западной и Восточной Европы (28 стран) функционирует более 2101 кластеров в различных сферах экономики, из них 11,5 % осуществляют свою деятельность в АПК. Лидирующее положение по функционированию кластеров в народном хозяйстве занимает Германия, за ней следуют Италия, Великобритания, Франция, Польша и Испания, т.е. крупные страны с хорошо развитой экономикой и промышленностью. Все эти страны, а также Румыния, Голландия и Португалия, значительно превосходят другие страны по количеству занятых работников в созданных кластерах.

Согласно классификации Европейской кластерной обсерватории, сельскохозяйственные кластеры группируются по следующим подотраслям:

-  сельскохозяйственное машиностроение;

- производство сельхозпродукции (посевных культур, продукции животноводства, семян, масел и животных жиров, сахара, спирта, вина из винограда и фруктов, иных напитков)

- сельскохозяйственные технологии.

По общему количеству агропромышленных кластеров среди европейских стран лидируют Греция (36) и Испания (35), Болгария (22) и Франция (20). По количеству работников, занятых в агрокластерах лидируют Болгария (426874 чел.) и Греция (299431 чел.). Дания среди стран ЕС является самой передовой страной агропромышленной кластеризации. В 1989-1990 гг. Дания разработала унифицированный подход к межфирменному сотрудничеству (одним из известнейших является молочнопродуктовый кластер «Молочная вертикаль»). Прежде всего, это связано с тем, что в Дании доминирует в сельском хозяйстве отрасль молочного животноводства [8, с.1825-1826].

Итак, аграрные кластеры – это добровольное и неформальное объединение усилий сельскохозяйственных товаропроизводителей  (различных форм хозяйствования), переработчиков продукции конкретного региона, с целью производства, переработки и реализации сельскохозяйственной продукции, защиты окружающей среды.

Согласно данным Минсельхоза России, в нашей стране с 2010 года поддерживается создание в регионах центров кластерного развития. В субъектах Российской Федерации уже сейчас функционируют более десятка агропромышленных кластеров, находящихся в разной стадии своего развития и нацеленных на реализацию программ, ежегодно получающих финансирование из федерального бюджета [4].

 

 

Рисунок 2 – Структура  реализуемых кластерных проектов в сфере АПК по федеральным округам России (по данным Минэкономразвития и исследований в РФ в 2015 г.)

Наибольшая доля регионов, реализующих кластерные инициативы расположена в Северо-Западном и Приволжском  федеральных округах – 19,57  % и 17,39 % соответственно, а наименьшая – в Северо-Кавказском  (6,52 %),  Сибирском и Уральском федеральных округах (по 8,70 %).

Аграрные кластеры выгодны как для первичных сельхозпроизводителей, так и для перерабатывающих, торговых и сервисных предприятий, а также для заводов-производителей сельскохозяйственной техники. Для того чтобы максимально привлечь финансовые ресурсы в АПК необходимо разрабатывать и внедрять такие агропромышленные формирования кластерного типа, в которых риск инвесторов сводился бы к минимуму.

Наиболее значимым среди принципиальных отличий кластера от прочих организационных форм объединения субъектов рынка является обязательное требование сохранения конкурентного поля. Каждый участник кластера является полноценным и самостоятельным игроком рынка, функционируя в рамках выбранной организационно-правовой формы. Новшества при вступлении в кластер заключаются в активном включении во внешнюю среду, поскольку только при таком условии возможно достижение общей цели кластера, что возможно за счет эффекта синергии. Этот факт особенно важен для сельскохозяйственных предприятий, которые не способны самостоятельно решить ряд важных организационных, управленческих, производственных вопросов [3].

Иными словами, в рамках кластерной политики появляется возможность обеспечить инновационный путь развития для субъектов малых форм хозяйствования, вырабатывается экономический механизм частичного перераспределения доходов, обеспечивается заинтересованность в конечных результатах взаимодействия всех участников кластера. Появился стимул для притока в аграрный бизнес инвестиций, которые делают  его привлекательным как для государства, так  и для крупных финансово-кредитных организаций.

По этой причине кластерная форма сотрудничества поучила поддержку государства, выводя ГЧП как форму сотрудничества государства и частного бизнеса на более высокий организационный уровень, усиливая эффект синергии благодаря еще одному фактору – организационной и финансовой поддержке со стороны государства.

Международный опыт реализации проектов с применением механизма взаимодействия государства и частного бизнеса в форме ГЧП довольно обширен: такой механизм работает уже долгое время и постоянно совершенствуются. В разных зарубежных странах механизм реализации проектов ГЧП различен и имеет своеобразие. По степени развития и освоения ГЧП все страны условно можно разделить на три группы (табл.1).

Первая группа стран – это страны, которые недавно приступили к освоению рынка ГЧП, разрабатывают стандарты и законодательную базу для проектов ГЧП. В числе таких стран находятся исторически закономерно страны Восточные Европы, Латинской Америки, страны СНГ и России.

Во второй группе стран оказалось большинство развитых стран Европы (Франция, Испания, Италия, Греция, Германия), США, Канада, Япония и Новая Зеландия. Данная группа характеризуется более развитой формой ГЧП, в которых происходит разработка новых моделей, изыскание новых источников финансирования.

Таблица 1 - Степень освоения ГЧП мировым сообществом

 

 

К третьей группе стран с наиболее развитыми и устоявшимися формами ГЧП относятся лишь Великобритания и Австралия. Ирландия же только вступает в эту группу развития ГЧП.

Иными словами, ГЧП с разным успехом развивается во многих странах мира. Максимального распространения эта форма партнерства государства и частного бизнеса получила в странах с развитой рыночной экономикой и с устоявшимися традициями взаимодействия государства и частного сектора. Однако, несмотря на сходство многих позиций, в организации ГЧП в разных странах отмечаются и определенные различия.

Сферы применения ГЧП очень разнообразны: инфраструктура, ЖКХ, дороги, образование, медицина и другие секторы экономики. В мировой практике к наиболее распространённым формам партнёрства государства и бизнеса относятся концессии, контракты, аренда, соглашения о разделе продукции, совместные предприятия.

Анализируя динамику количества проектов на основе ГЧП в мировой практике, следует отметить, что лидирующие позиции занимает сфера информационных технологий (инновации), сместив транспортную сферу на второе место. Третье и четвертое место приходится на сферу водоснабжения и здравоохранения, затем следует сфера защиты окружающей среды и сельского хозяйства, энергетики и образования. Такое распределение отраслей в реализации проектов ГЧП обусловлено спецификой экономического развития каждой отдельной страны.

Согласно оценкам специалистов в 2014 году, в России АПК вошел в пятерку отраслей, где реализуется наибольшее количество инвестиционных проектов на основе ГЧП [1, с.11].

 

Рисунок 3 – Количество реализованных инвестиционных проектов в Российской Федерации на основе ГЧП по сферам экономики, ед.

Таким образом, лидирующие позиции в российской экономике занимают проекты ГЧП в сфере промышленности, ЖКХ, развитие территорий и автодорожное строительство. АПК занимает пятую позицию по количеству инвестиционных проектов. В АПК развитие ГЧП идет более медленно и связано это с огромными рисками объективного характера –  природными, экологическими,  географическими и социально-экономическими (антропогенными) факторами.

Таблица 2 - Проекты ГЧП в сфере АПК за последние 10 лет (составлено по данным [2])

 

 

Анализ данных таблицы 2 позволяет сделать следующие выводы. По формам воспроизводства основных фондов капитальные вложения направлены в основном на новое строительство: комбикормовый завод в Рузаевском районе Республики Мордовия; птицеводческий комплекс в г. Камешково Владимирской области, а также ряд комплексов в Алтайском крае, Тамбовской области.  Проанализировав проекты ГЧП в России за последние 10 лет в сфере агропромышленного комплекса, мы не увидели ни одного проекта, предусматривающего реконструкцию и техническое перевооружение. Ни один из проектов не рассматривает реконструкцию и техническое перевооружение, несмотря на то что, это выгоднее: сроки ввода производственных мощностей гораздо короче и, как следствие, значительно меньше капитальные затраты.

Нам не удалось обнаружить информации о таких формах реализации проектов ГЧП в АПК, которые были бы направленны на воспроизводство основных фондов – одной из самых актуальных проблем АПК. В настоящее время вопрос о формах ГЧП в АПК является достаточно дискуссионным по причине специфики аграрного производства в нашей стране, которое включает фактор риска и во многом определяет формы партнерства. Большинство проектов направлены на минимизацию рисков. Воспроизводство же основных фондов среди них занимает последнее место, несмотря на важность технического оснащения инновационных проектов в АПК.

Считаем, что оптимальными формами ГЧП, которые учитывают специфику АПК, являются ГЧП на основе агрокластеров, сложившихся по законам рыночной экономики и нуждающихся в государственной поддержке и финансировании на взаимовыгодной основе. Данная форма открывает возможность применения ГЧП в качестве инструмента воспроизводства основных фондов. Воспроизводство основных фондов является фундаментальной проблемой АПК, без решения которой никакой инновационный процесс невозможен. Такая форма ГЧП предполагает контракты жизненного цикла.

При такой форме партнерства государство разделяет с частным агробизнесом все риски, связанные с реализацией данного проекта. При формировании такой формы партнерства стоит рассмотреть возможность применения практики контрактов жизненного цикла того или иного инновационного проекта. Также необходима детальная проработка отдельных нормативно-правовых актов, регулирующих порядок реализации инвестиционных проектов. Формами, применяемыми в других отраслях экономики, и которые также могут быть использованы в АПК, являются соглашения о разделе продукции, концессии и многочисленные контракты.

 

Литература:

 

1.Государственно-частное партнерство становится основой развития АПК // Агрокредит. –  2014. – № 4 (40).  –  С. 8 -14

2.Государственно-частное партнерство / Официальный сайт  Министерства экономического развития Российской Федерации [Электронный ресурс] // URL: http://economy.gov.ru/minec/main+ (Дата обращения: 16.04.2016)

3.Методические аспекты кластрообразования в аграрном секторе экономики региона / Интернет-журнал «Экономические исследования», №5 (11), Октябрь 2011 [Электронный ресурс] // URL: http://www.erce.ru/internet-magazine/magazine/24/368/ (Дата обращения: 06.04.2016)

4.Официальный интернет-портал министерства сельского хозяйства Российской Федерации (Минсельхоз России) [Электронный ресурс] // URL: http://www.mcx.ru/  (Дата обращения: 05.04.2016)

5.Официальный сайт федеральной службы государственной статистики [Электронный ресурс] // URL: http://www.gks.ru/ (Дата обращения: 01.04.2016)

6.Российская кластерная обсерватория [Электронный ресурс] // http://cluster.hse.ru/ (дата обращения: 06.05.2016)

7.Сельскохозяйственная потребительская кооперация как основа развития сельских территорий и гражданского общества: монография / под общ. ред.. И.В. Палаткина, А.А. Кудрявцева – Пенза: ПДЗ, 2012.- 150 с.

8.Сердобинцев Д.В., Матвеева О.В., Сорокина Л.В. Мировой, европейский и российский опыт развития кластерной политики в агропромышленном комплексе // Фундаментальные исследования. – 2014. – № 9-8. – С. 1825-1830

9. Cluster Observatory. [Электронный ресурс] // URL: http://www.clusterobservatory.eu/index.html (дата обращения: 06.05.2016).

  vakperechen

ОБНОВЛЕННЫЙ СПИСОК ВАК 2016 г.
ОТ 19.04.2016  >> ПРОСМОТРЕТЬ
tass
 
ПО ВОПРОСАМ ПУБЛИКАЦИИ СТАТЕЙ И СОТРУДНИЧЕСТВА ОБРАЩАЙТЕСЬ:
skype SKYPE: vak-uecs
e-mail
MAIL: info@uecs.ru
phone
+7 (928) 340 99 00
 

АРХИВ НОМЕРОВ

(01) УЭкС, 1/2005
(02) УЭкС, 2/2005
(03) УЭкС, 3/2005
(04) УЭкС, 4/2005
(05) УЭкС, 1/2006
(06) УЭкС, 2/2006
(07) УЭкС, 3/2006
(08) УЭкС, 4/2006
(09) УЭкС, 1/2007
(10) УЭкС, 2/2007
(11) УЭкС, 3/2007
(12) УЭкС, 4/2007
(13) УЭкС, 1/2008
(14) УЭкС, 2/2008
(15) УЭкС, 3/2008
(16) УЭкС, 4/2008
(17) УЭкС, 1/2009
(18) УЭкС, 2/2009
(19) УЭкС, 3/2009
(20) УЭкС, 4/2009
(21) УЭкС, 1/2010
(22) УЭкС, 2/2010
(23) УЭкС, 3/2010
(24) УЭкС, 4/2010
(25) УЭкС, 1/2011
(26) УЭкС, 2/2011
(27) УЭкС, 3/2011
(28) УЭкС, 4/2011
(29) УЭкС, 5/2011
(30) УЭкС, 6/2011
(31) УЭкС, 7/2011
(32) УЭкС, 8/2011
(33) УЭкС, 9/2011
(34) УЭкС, 10/2011
(35) УЭкС, 11/2011
(36) УЭкС, 12/2011
(37) УЭкС, 1/2012
(38) УЭкС, 2/2012
(39) УЭкС, 3/2012
(40) УЭкС, 4/2012
(41) УЭкС, 5/2012
(42) УЭкС, 6/2012
(43) УЭкС, 7/2012
(44) УЭкС, 8/2012
(45) УЭкС, 9/2012
(46) УЭкС, 10/2012
(47) УЭкС, 11/2012
(48) УЭкС, 12/2012
(49) УЭкС, 1/2013
(50) УЭкС, 2/2013
(51) УЭкС, 3/2013
(52) УЭкС, 4/2013
(53) УЭкС, 5/2013
(54) УЭкС, 6/2013
(55) УЭкС, 7/2013
(56) УЭкС, 8/2013
(57) УЭкС, 9/2013
(58) УЭкС, 10/2013
(59) УЭкС, 11/2013
(60) УЭкС, 12/2013
(61) УЭкС, 1/2014
(62) УЭкС, 2/2014
(63) УЭкС, 3/2014
(64) УЭкС, 4/2014
(65) УЭкС, 5/2014
(66) УЭкС, 6/2014
(67) УЭкС, 7/2014
(68) УЭкС, 8/2014
(69) УЭкС, 9/2014
(70) УЭкС, 10/2014
(71) УЭкС, 11/2014
(72) УЭкС, 12/2014
(73) УЭкС, 1/2015
(74) УЭкС, 2/2015
(75) УЭкС, 3/2015
(76) УЭкС, 4/2015
(77) УЭкС, 5/2015
(78) УЭкС, 6/2015
(79) УЭкС, 7/2015
(80) УЭкС, 8/2015
(81) УЭкС, 9/2015
(82) УЭкС, 10/2015
(83) УЭкС, 11/2015
(84) УЭкС, 11(2)/2015
(85) УЭкС,3/2016
(86) УЭкС, 4/2016
(87) УЭкС, 5/2016
(88) УЭкС, 6/2016
(89) УЭкС, 7/2016
(90) УЭкС, 8/2016
(91) УЭкС, 9/2016
(92) УЭкС, 10/2016
(93) УЭкС, 11/2016
(94) УЭкС, 12/2016
(95) УЭкС, 1/2017
(96) УЭкС, 2/2017
(97) УЭкС, 3/2017
(98) УЭкС, 4/2017
(99) УЭкС, 5/2017
(100) УЭкС, 6/2017
(101) УЭкС, 7/2017
(102) УЭкС, 8/2017
(103) УЭкС, 9/2017
(104) УЭкС, 10/2017
(105) УЭкС, 11/2017
(106) УЭкС, 12/2017
(107) УЭкС, 1/2018
(108) УЭкС, 2/2018
(109) УЭкС, 3/2018
(110) УЭкС, 4/2018
(111) УЭкС, 5/2018
(112) УЭкС, 6/2018
(113) УЭкС, 7/2018
(114) УЭкС, 8/2018

 Федеральная служба по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций

№ регистрации СМИ ЭЛ №ФС77-35217 от 06.02.2009 г.       ISSN: 1999-4516