Создать PDF Рекомендовать Распечатать

Количественный показатель качества как инструмент управления стратегическим развитием предприятия

Отраслевая экономика | (114) УЭкС, 8/2018 Прочитано: 856 раз
(1 Голосование)
  • Автор (авторы):
    Вячеслав Наумович Юсим, Анастасия Юрьевна Зорина
  • Дата публикации:
    13.08.18
  • ВУЗ ИЛИ ОРГАНИЗАЦИЯ:
    Российский Экономический Университет им. Г.В. Плеханова

Количественный показатель качества как инструмент управления стратегическим развитием предприятия

Quantitative quality indicator as a tool for managing the strategic development of enterprises

 

Вячеслав Наумович  Юсим

Vyacheslav N. Yusim

Доктор экономических наук, профессор, кафедра Экономика Промышленности, Российский Экономический Университет им. Г.В. Плеханова, г. Москва, Россия.

vn62@yandex.ru

Анастасия Юрьевна Зорина

Anastasia Y. Zorina

Аспирантка кафедры Экономика Промышленности, Российский Экономический Университет им. Г.В. Плеханова, г. Москва, Россия

Anastasia.zorina1@gmail.com

+7 (909) 695-57-10

 

Аннотация

Проблема управления экономическим развитием промышленных предприятий, а также отраслей и комплексов фактически не получила корректного научного обоснования. В рамках статьи рассматривается метод, который характеризует созидательное качество человеко-машинных систем и претендует на решение такой проблемы – Экономический Уровень Технологии.

 Ключевые слова: потенциал развития, экономический уровень технологии, качество, промышленность

Abstract

The problem of managing the economic development of industrial enterprises, as well as industries and complexes, has not actually received a correct scientific justification. Within the framework of the article, a method is considered that characterizes the creative quality of human-machine systems and claims to solve such a problem - the Economic Level of Technology.

Keywords: development potential, economic level of technology, quality, industry

 

Ряд российских исследователей, от рядовых экономистов до академика, независимо друг от друга и разными методами пришли к обоснованию по существу одинакового на принципиальном уровне количественного показателя качества человеко-машинных систем. Это: В. Трапезников (1966), И. Кураков (1966); Э. Кац. (1970), М. Дворцин, В. Юсим.

Показатель «U» вытекал у всех авторов из одной и той же по смыслу модели развития экономики:

 

   (1)

Где:

 L -  производительность человека по добавленной стоимости, руб./чел.год.  

 U – экономический уровень технологии (ЭУТ), руб./чел. год.  

B – технологическая вооруженность человека, руб./чел. год[1].  

 

Форма модели вызывает аналогию с функцией Кобба-Дугласа, моделями Р.М. Солоу и Мэнкью-Ромера-Уэла.

Но это модель другого класса. Фактически она объединяет две модели.

Первая модель – это модель роста производительности человека (L) с убывающей эффективностью наращивания его вооруженности капиталом (B). При этом, в первой модели показатель эффективности единицы капитала – экономический уровень технологии (ЭУТ) - не меняется, т.е. является константой.

Вторая модель – это модель развития. Развитие характеризует увеличение (U). Авторы моделей называли показатель ЭУТ (U) по-разному. «Уровень знаний», «Показатель качества средств труда» (В. Трапезников, 1971), «Экономический динамический оптимум» (Э. Кац. 1970), «Уровень примененных знаний» (И. Г. Кураков, 1966), «Экономический уровень технологии (В. Юсим, 1993, 2005)». Но понимание его смысловой нагрузки у всех было практически одинаковым: он характеризует эффективность использования затрат общества, то есть вне предприятия, на обеспечение производительности одного работающего внутри предприятия.

Специфика модели становится очевидной при сравнении ее с другими широко известными моделями.

Например, модели технологического развития Кобба-Дугласа и Солоу базируются на молчаливом предположении, что труд и капитал являются субститутами, то есть взаимозаменяемы. Кроме того, например, модель Солоу предполагает убывающую производительности капитала, постоянную отдачу от масштаба и отсутствии инвестиционных лагов. Каждое из предположений ставит вопрос о границах использования моделей.

В модели Мэнкью-Ромера-Уэла капитал делится на две части: физический и человеческий. Так же делаются допущения о равенстве нормы амортизации физического и человеческого капитала, и вводится убывающая отдача от капитала. Эти предположения, а так как же наследуемые из модель Солоу, ставят под сомнение эффективность и ее практического использования.  

 В отличии от неоклассических моделей роста, в дуалистической модели экономико-технологического развития всего два базовых предположения.

Первое – это убывающая эффективность использования капитала, но в строго определенных условиях и с достаточно строго обоснованным значением темпа убывания его эффективности.

Второе - возможность скачкообразного непредсказуемого роста эффективности использования капитала под влиянием технического прогресса, или, что является тем же самым, роста научного знания.

Особенность модели отражена в смысловой нагрузке показателя U. Он не только количественно характеризует некое специфическое качество человеко-машинных систем, но и позволяет оптимизировать их развитие в условиях ограниченных ресурсов и принципиальной неопределенности будущего.

Именно эта смысловая нагрузка показателя U (ЭУТ) позволяет утверждать, что ЭУТ – это характеристика качества человеко-машинных систем. Причем самых разных уровней: от производственные предприятий и их конгломератов (корпораций, кластеров, отраслей) до экономики в целом.

Экономико-технологическое качество человеко-машинных систем может рассматриваться как созидательная способность, или сила, которой располагает человеко-машинная система для реализации цели своего существования.

Характеристик экономико-технологического качества человеко-машинных систем может быть предложено много, но их ценность, с позиции человека, определяется их операциональностью[2]. Например, как представляется, высокой операциональностью для цели сравнения качества экономических систем обладает показатель их способности генерировать абсолютный темп роста удельного ВВП, то есть в расчете на одного занятого в экономике в год.

Действительно, если учесть, что показатель ВВП – это значение некой величины в единицу времени (год), то есть скорость, тогда прирост скорости – ΔВВП в единицу времени – это ускорение.

Вместе с тем, это исключительно оценочный показатель. Он позволяет только сравнить качество различных экономик, но не несет информации о внутренних причинах его возникновения. Но несравненно более операционален как в смысле сравнения качества экономических систем, так и для использования в управлении развитием этих систем, показатель U - экономический уровень технологии.

В настоящей статье была поставлена задача экспериментально доказать, что ЭУТ – это   количественная характеристика качества человеко-машинных систем.

Покажем сначала на долгосрочных данных статистики, что в экономических системах, как макро, так и микро уровней, изменения значения ЭУТ полностью соответствуют процессам, которые должны были бы произойти, если бы значения ЭУТ соответствовали изменениям качества экономической системы.

Из представления о качестве человеко-машинных систем, следует, что рост качества должен приводить к росту размера годового продукта экономики. Вместе с тем, вследствие высокой инерционности системы, изменение ее производящих возможностей должно отставать от изменения ее качества. То есть снижение качества экономической системы должно предшествовать негативным изменениям экономики. В частности, приводить к снижению темпа ее роста.

Статистические данные должны подтвердить или опровергнуть этот вывод. Причем снижение качества экономики в текущем периоде должно приводить к снижению экономических показателей в следующем периоде, а повышение, соответственно, создавать рост в будущем периоде.

На рис. 1. и 2. показаны динамики изменения ЭУТ и ВВП США и Японии в расчете на одного занятого в одни и те же года.

 

<![endif]>

Рис. 1. Динамика изменения ЭУТ и удельного ВВП в США.

 

 

Рис. 2. Динамика изменения ЭУТ и удельного ВВП в Японии.

 Графики демонстрируют, что снижение ВВП происходит на год или два позднее, чем снижение значений ЭУТ. (См. 2000 и 2007 гг. в США и 1998, 2007 гг. в Японии)

Так, в рамках рассматриваемой гипотезы, сначала, под воздействием внутренних или внешних факторов, падает качество экономической системы. Это фиксируется снижением значений ЭУТ. Ускорение экономического развития обязательно становится отрицательным, но через год или два.

Это утверждение подтверждается датами всех кризисов в рамках исследуемого периода на макроуровне (1997-1998 гг. – Азиатский Кризис; 2000г.  – Кризис фондовых рынков США; 2007 - 2008 гг. – мировой финансовый кризис).

На микроуровне – тот же процесс. См. динамику изменения ЭУТ и прибыли концерна Фольцваген и Ставропольского машиностроительного завода. Рис. 3 и 4.

 

Рис.3 Динамика экономического уровня технологии и прибыли до налогообложения концерна Volkswagen

Рис.4 Динамика экономического уровня технологии и дохода Ставропольского машиностроительного завода  АО «Электроавтоматика»

 

То есть, в рамках рассматриваемой гипотезы, сначала, под воздействием процессов внутри человеко-машинной системы, падает ее качество. Это фиксируется снижением значений ЭУТ. Ускорение экономического развития обязательно становится отрицательным, но через год или два.

Это утверждение подтверждается по датам большинства кризисов в рамках исследуемого периода[3] на макроуровне и на независимых экспериментах на микроуровне.

То есть, это первое экспериментальное доказательство того, что показатель ЭУТ характеризует экономико-технологическое качество системы, полностью подтверждается эмпирически.

 

Существует и второй способдоказать с помощью эксперимента, что показатель ЭУТ – это характеристика экономико-технологического качества человеко-машинных систем.

Особенность реакции человеко-машинных систем на изменение ее качества под воздействием внутренних причин была рассмотрена выше.

Под воздействием внешних причин ее реакция, выраженная в агрегированном экономическом показателе, очевидно, будет идти синхронно с изменением ее качеств. Действительно, внешние причины должны одновременно снижать и то и другое.

Например, кризис в соседней крупной стране приводит к снижению производства на экспорт, падению внутреннего спроса, как следствию свертыванию производств, ориентированных на внутренний рынок, снижению объемов ввода новых производственных мощностей и продвижению инновационных проектов. Как следствие, одновременно снизится и прирост ВВП, и эффективность использования существующих производственных мощностей. Это и означает параллельное падение экономического роста и качества экономической системы.

Эксперимент, однозначно подтверждает выдвинутую гипотезу. Так, данные статистики говорят, что кризис предсказанный падением качества экономики в некой крупной стране проявляется в соседних странах параллельно с падением их ВВП. Точно также, неожиданные войны в соседних странах точно приводят к предсказанному результату.

Это наглядно демонстрирует нефтяной кризис 1973-1975 года. (напомним, тогда шесть стран Персидского залива объявили о повышении справочных цен на нефть на 70 %, а затем объявили о введении нефтяных санкций в отношении стран Западной Европы, США и Японии).  

>Рис. 5. Динамика изменения ЭУТ и удельного ВВП в США

Рис. 6. Динамика изменения ЭУТ и удельного ВВП в Японии

 

Третий способ экспериментального доказательства того, что значение ЭУТ характеризует экономико-технологическое качество системы связан с констатацией факта возникновения долгосрочных констант развития. Был установлен факт независимости от времени среднего значения ускорения удельного ВВП (абсолютного прироста производительности (ΔВВП/чел) на одного человека, занятого в экономике страны). Этот феномен наблюдается, практически, во всех крупных развитых странах мира в последние 30 - 40 лет.

Покажем, что неизменность экономического ускорения подтверждаются на значительных объемах статистической информации в случае пропорционального изменения числителя и знаменателя модели.

Факт неизменности ускорения ВВП развитых стран в расчете на одного человека подтверждает анализ развития всех крупных развитых стран мира.

А так как ВВП на человека, как известно, растет, то, согласно выдвинутой гипотезе, константа развития может возникнуть только при наличии такого же (близкого) темпа роста ЭУТ.

Типовой график линейной зависимости ускорения развития от времени показан на рис. 7.

 

<![endif]>

 

Рис. 7 Линейная связь ускорения развития страны со временем /с 1978 по 2016 гг./

 

Значение коэффициента детерминации   R2 = 0,0004 практически нулевое. То есть, связь ускорения развития страны со временем отсутствует.

При этом среднее, за достаточно длительный отрезок времени, ускорение развития у всех стран разное. И естественно, оно выше у мирового технологического лидера, то есть у США.

Теперь оценим аналогию модели экономического развития со вторым законом Ньютона с позиции массы. Роль массы в модели развития берет на себя показатель производительности.

g = F/m.     (2)

Где: g – ускорение; F – сила; m – масса.

Но можно ли говорить о чем-то подобном в экономике?

Естественно, в экономической системе прямые аналоги закону Ньютона невозможны. Но, речь может идти о существовании некой аналогии процессов, вызывающих появление констант ускорения. Естественно, со множеством допущений.

Напомним, из второго закона Ньютона следует, что ускорение, приобретаемое массой, пропорционально вызывающей его силе и обратно пропорционально массе. То есть, мере сопротивления изменениям.

Как показал наш анализ, высоко перспективной моделью экономического развития можно считать модель аналогичная второму закону Ньютона:

A = U/M = const.    (3)

Где: A - ускорение развития;

U – экономический уровень технологии (созидательная сила);

M – годовое ВВП/чел.  (масса).

Модель, формально, полностью аналогична записи второго закона Ньютона, приведенной выше.

Физическая масса характеризует меру сопротивлению физическому ускорению, или инерционность. А показателем сопротивления изменениям, или инерционностью экономической системы, можно считать объем благ, который способна создавать система. Причем, в единицу времени и в расчете на одного занятого.

Действительно, совокупный вектор целей всех производителей экономической системы, вне сомнения, направлен на рост объема создаваемых благ. Но темп их роста (в физической аналогии – ускорение роста) жестко ограничен сложившейся к каждому моменту времени совокупностью возможностей созидания благ. То есть, существует количественное ограничение темпа развития, которое не может преодолеть сложившаяся созидательная сила экономической системы. Это ее удельная, то есть на одного занятого, производительность.  

Статистические данные экономического развития ряда стран (более десяти) можно рассматривать, как пассивный эксперимент. Реальные данные демонстрируют возникновение постоянного ускорения, или константы развития. Если показать, что константа развития возникает при пропорциональном изменении числителя и знаменателя, это будет означать существование модельной аналогии развития двух рассматриваемых систем.

Расчеты показывают, что такая пропорциональность возникает. Естественно, не строгая, как в физической природе, но очевидно просматриваемая. Причем, чем больше доступный период анализа развития страны, тем точнее пропорциональность изменения числителя и знаменателя в модели развития.

Это третье и решающее эмпирическое доказательство того, что в реалиях современной экономики показатель ЭУТ оценивает ее созидательную силу. Другими словами, характеризует ее экономико-технологическое качество.

Резюмируя выше изложенное, подчеркнем.

Объективные данные демонстрируют, что количественная характеристика качества человеко-машинных систем (ЭУТ), обоснованная рядом российских исследователей, объективно характеризует движущую силу экономического развития и является аналогом силы в природных физических явлениях.

Достоверность сделанного вывода подтверждается феноменом сто процентного прогноза кризисов (возникших внутри экономической системы) в ряде стран, в случае типовой скорости нарастания кризисных явлений.

Доказательство способности показателя «экономический уровень технологии (ЭУТ)» количественно характеризовать созидательную возможность экономических систем, или их качество, открывает новые возможности обоснования и использования высокоэффективных систем управления их развитием.

 

Список литературы

1.Бунге М. Философия физики. — М.: Прогресс, 1975. — 345 с.

2.Быстров А., Юсим В., Фиалковский Д. Текущие константы макроэкономического развития стран – технологических лидеров // Вестник Института экономики РАН. ‒ 2015. ‒ №4. ‒ С. 157-171.

3.Дворцин М.Д., Юсим В.Н. Технодинамика: Основы теории формирования и развития технологических систем. – М.: Международный фонд истории науки, «Дикси», 1993

4.  Кац А.И. Динамический экономический оптимизм. М.: Экономика, 1970. 182с

5.Кураков И.Г. Наука и эффективность общественного производства // Вопросы философии. 1966. №   5. с. 3 — 13; № 10. с. 3 — 14.

6.Норд Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. — М., 1997.

7.Нуреев Р. М. Экономика развития: модели становления рыночной экономики. –  М.: «Инфра-М», 2001.

8.Трапезников В.А. Управление и научно-технический прогресс. М.: Наука, 1983. 224с

9.Юсим В. Н., Прокопьев А.А. Производственная функция Кобба – Дугласа: миф и реальность.  Журнал «Экономика фирмы», №4(9). ИНФРА-М, М. 10.12.2014. стр. 4 -8. DOI 10/12737/isnn. 2306-627X

10.Юсим В.Н., Степанова Ю.А., Афанасьева М.В. Экономический уровень технологии – показатель качества социально-экономических систем. «Креативная экономика» № 9 (33) за 2009 год, cтр. 52-58

11.Cobb C. W., Douglas P. H. A Theory of Production // Amer. Econ. Rev. Suppl. 1928. Vol. 18. March. P. 139-165.

12.Kitov, I. Real GDP per capita in developed countries // MPRA Paper 2738, University Library of Munich, Germany. - 2006. – 40 p.

13.Mankiw G., Romer D. ,Weil D. Contribution to the Empirics of Economic Growth // NBER Working Paper. — December 1990. — № 3541

14.Robinson J. The Production Function and  the  Theory of Capital // Review of Economic. Studies.1 953—1954.Vol. 21, No 2.P. 81

15.Romer P.M. Capital, Labor, and Productivity // Brookings Papers: Microeconomics. 1990.

16.Solow R.M. The Production function and the Theory of Capital// Review of Economic Studies, Oxford University pss, 1953, vol. 23(2), pp. 101–108

 


[1] Детальную расшифровку переменных и выходной функции следует смотреть в работах упомянутых ниже авторов.

[2] Операционализация (en. operationalization) — преобразование теоретического суждения с целью его эмпирической проверки. Например, для какого-либо явления должны быть определены признаки, позволяющие судить о его наличии (так называемые «индикаторы»). Для свойств должны быть предложены процедуры их измерения. При операционализации теоретические понятия могут получить более строгие определения, а неоперационализируемые исключаются (элиминируются). Таким образом, теория оказывается связана с экспериментами и наблюдениями. https://ru.wikipedia.org/wiki. Дата обращения 08.05.2018

[3] Оговоримся, сам факт кризиса может быть подтвержден официальными источниками, но еще более достоверно и наглядно кризис проявляется на графике ВВП. Действительно, кризис – это всегда отрицательный прирост ВВП, что легко просматривается.

 

  vakperechen

ОБНОВЛЕННЫЙ СПИСОК ВАК 2016 г.
ОТ 19.04.2016  >> ПРОСМОТРЕТЬ
tass
 
ПО ВОПРОСАМ ПУБЛИКАЦИИ СТАТЕЙ И СОТРУДНИЧЕСТВА ОБРАЩАЙТЕСЬ:
skype SKYPE: vak-uecs
e-mail
MAIL: info@uecs.ru
phone
+7 (928) 340 99 00
 

АРХИВ НОМЕРОВ

(01) УЭкС, 1/2005
(02) УЭкС, 2/2005
(03) УЭкС, 3/2005
(04) УЭкС, 4/2005
(05) УЭкС, 1/2006
(06) УЭкС, 2/2006
(07) УЭкС, 3/2006
(08) УЭкС, 4/2006
(09) УЭкС, 1/2007
(10) УЭкС, 2/2007
(11) УЭкС, 3/2007
(12) УЭкС, 4/2007
(13) УЭкС, 1/2008
(14) УЭкС, 2/2008
(15) УЭкС, 3/2008
(16) УЭкС, 4/2008
(17) УЭкС, 1/2009
(18) УЭкС, 2/2009
(19) УЭкС, 3/2009
(20) УЭкС, 4/2009
(21) УЭкС, 1/2010
(22) УЭкС, 2/2010
(23) УЭкС, 3/2010
(24) УЭкС, 4/2010
(25) УЭкС, 1/2011
(26) УЭкС, 2/2011
(27) УЭкС, 3/2011
(28) УЭкС, 4/2011
(29) УЭкС, 5/2011
(30) УЭкС, 6/2011
(31) УЭкС, 7/2011
(32) УЭкС, 8/2011
(33) УЭкС, 9/2011
(34) УЭкС, 10/2011
(35) УЭкС, 11/2011
(36) УЭкС, 12/2011
(37) УЭкС, 1/2012
(38) УЭкС, 2/2012
(39) УЭкС, 3/2012
(40) УЭкС, 4/2012
(41) УЭкС, 5/2012
(42) УЭкС, 6/2012
(43) УЭкС, 7/2012
(44) УЭкС, 8/2012
(45) УЭкС, 9/2012
(46) УЭкС, 10/2012
(47) УЭкС, 11/2012
(48) УЭкС, 12/2012
(49) УЭкС, 1/2013
(50) УЭкС, 2/2013
(51) УЭкС, 3/2013
(52) УЭкС, 4/2013
(53) УЭкС, 5/2013
(54) УЭкС, 6/2013
(55) УЭкС, 7/2013
(56) УЭкС, 8/2013
(57) УЭкС, 9/2013
(58) УЭкС, 10/2013
(59) УЭкС, 11/2013
(60) УЭкС, 12/2013
(61) УЭкС, 1/2014
(62) УЭкС, 2/2014
(63) УЭкС, 3/2014
(64) УЭкС, 4/2014
(65) УЭкС, 5/2014
(66) УЭкС, 6/2014
(67) УЭкС, 7/2014
(68) УЭкС, 8/2014
(69) УЭкС, 9/2014
(70) УЭкС, 10/2014
(71) УЭкС, 11/2014
(72) УЭкС, 12/2014
(73) УЭкС, 1/2015
(74) УЭкС, 2/2015
(75) УЭкС, 3/2015
(76) УЭкС, 4/2015
(77) УЭкС, 5/2015
(78) УЭкС, 6/2015
(79) УЭкС, 7/2015
(80) УЭкС, 8/2015
(81) УЭкС, 9/2015
(82) УЭкС, 10/2015
(83) УЭкС, 11/2015
(84) УЭкС, 11(2)/2015
(85) УЭкС,3/2016
(86) УЭкС, 4/2016
(87) УЭкС, 5/2016
(88) УЭкС, 6/2016
(89) УЭкС, 7/2016
(90) УЭкС, 8/2016
(91) УЭкС, 9/2016
(92) УЭкС, 10/2016
(93) УЭкС, 11/2016
(94) УЭкС, 12/2016
(95) УЭкС, 1/2017
(96) УЭкС, 2/2017
(97) УЭкС, 3/2017
(98) УЭкС, 4/2017
(99) УЭкС, 5/2017
(100) УЭкС, 6/2017
(101) УЭкС, 7/2017
(102) УЭкС, 8/2017
(103) УЭкС, 9/2017
(104) УЭкС, 10/2017
(105) УЭкС, 11/2017
(106) УЭкС, 12/2017
(107) УЭкС, 1/2018
(108) УЭкС, 2/2018
(109) УЭкС, 3/2018
(110) УЭкС, 4/2018
(111) УЭкС, 5/2018
(112) УЭкС, 6/2018
(113) УЭкС, 7/2018
(114) УЭкС, 8/2018
(115) УЭкС, 9/2018
(116) УЭкС, 10/2018

 Федеральная служба по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций

№ регистрации СМИ ЭЛ №ФС77-35217 от 06.02.2009 г.       ISSN: 1999-4516